Николай Голдобин: «Надеюсь, в гараже появится Кубок Гагарина, который возьмет СКА»

Нападающий Николай Голдобин пришел в СКА этим летом. Перед игрой с минским «Динамо» для предматчевой программки Николай рассказал, можно ли в 30 лет ощущать себя новичком, где хранит свои трофеи, и поделился первыми впечатлениями от Санкт-Петербурга.

ЛАРИОНОВ ВОСПИТЫВАЛ МЕНЯ КАК ХОККЕИСТА

– Из-за того что в межсезонье переходили в СКА, отпуск получился необычным?
– С моим прежним клубом «Спартаком» мы вылетели из Кубка Гагарина во втором раунде, так что отдохнуть в любом случае успел. Провел время с семьей. Но без некоторой нервотрепки тоже не обошлось. Летом из-за переходов – у нас в хоккее так случается. На этот раз я был в подвешенном состоянии. Но решил расслабиться и дождаться, как все решится. Очень рад, что история закончилась так, и я оказался именно в СКА.

– Как это произошло?
– «Спартак» внес меня в список отказов. Я ждал, как будет развиваться ситуация. И тут проявил интерес СКА. Я, конечно, обрадовался. Большая команда, большой клуб, выигрывавший Кубок Гагарина. Само собой, что армейцы каждый год в плей-офф и борются за самые высокие места. Кстати, вместе со мной перешел Андрей Локтионов – давно его знаю. И вообще, многих в команде.

– Удивились интересу со стороны СКА?
– Скорее, тому, что меня внесли в список отказов. (Улыбается.) А если серьезно, то нет – просто оказался этому рад. В том числе потому, что Игоря Николаевича Ларионова знаю с детства. Он меня, можно сказать, воспитывал как хоккеиста.

– Расскажите, как это было?
– Как игрока он меня нашел лет в 14-15. Потом работали вместе в Подмосковье, а в Детройте я и вовсе жил у него дома. Мне выделили шикарный диван, поили, кормили. В общем, создали все условия. Хочу и сейчас сказать за это семье Ларионова огромное спасибо. Он очень большой человек в моей карьере.

– Игорь Ларионов тогда сам предложил вам пожить у него?
– Да. Получилось так, что я уехал в Америку летом перед сезоном. И уже там он мне помог. Тогда, есть ощущение, я еще не понимал, кто такой Игорь Ларионов и какой человек не только предложил пожить у него, но и помог во многом другом. Приютил как сына, можно сказать. Сейчас осознаю, насколько это было круто. И даже нереально.

ОЩУЩЕНИЕ, ЧТО РАНЬШЕ УЖЕ ИГРАЛ В СКА

– Как вам сейчас в СКА?
– Очень комфортно. Абсолютно все условия для работы. Тренировки необычные. Все круто, и мне очень нравится.

– Пока еще ощущаете себя новичком или предсезонки и первых игр хватило, чтобы освоиться?
– Знаете, коллектив настолько душевный, что почти сразу возникло ощущение, будто здесь уже играл. Скажу честно, так бывает не во всех командах – в некоторых поначалу чувствуешь себя отдаленным, что ли. У нас же, мне кажется, даже новички-иностранцы сразу чувствуют себя комфортно.

– Если не секрет, в какой команде по ходу карьеры новичком пришлось сложнее всего?
– История такая. Когда перешел в «Ванкувер», там были Никита Трямкин, Саша Бурмистров и Андрей Педан. Классно и очень комфортно было вместе. Трямкин с женой вообще взяли меня под крыло, как на тот момент одинокого. (Улыбается.) А потом через год все разъехались, и я остался один. Вот тогда стало немного сложновато. Не с кем было время проводить, общаться со своими, как раньше. Начал с одним шведом дружить, но по душам не поговоришь, это все равно немного другое.

– В СКА сейчас вас тоже кто-то взял под крыло?
– Мне уже 30 лет, и сейчас сам могу это делать. (Улыбается.) И действительно подсказываю молодым ребятам.

– Прислушиваются?
– Да, особенно если говорю какие-то интересные вещи. Приятно ощущать себя взрослым. (Улыбается.)

– В таком случае, может быть, и другого новичка – американца Рокко Гримальди взяли под опеку?
– Понятно, что ребятам-иностранцам тоже что-то подсказываю. Они оказались в другой стране, много нюансов. Бывает, каким-то вещам удивляются – объясняю им, что это нормально. Что касается Рокко, речь в основном о каких-то небольших бытовых советах – где продукты купить, куда сходить поесть. Но это по мелочам, потому что СКА ему во всем помогает. Так что по большому счету с лишней помощью не лезем. (Улыбается.)

БЫЛ КРОСБИ, СТАЛ МАЛКИНЫМ

– В «Магнитке» и «Спартаке» вас называли Голди. В СКА это тоже прижилось?
– Да. Это еще с выступления в Америке пошло. Удобное сокращение от фамилии. Мне тоже нравится. Даже на клюшке такую надпись делаю.

– А под каким номером играть, для вас имеет значение?
– Уже да. Без 87-го, если честно, себя не вижу.

– С чего это пошло?
– Некоторые думают, что в какой-то момент начал повторять за Кросби, но на самом деле 87-й у меня с самого детства. С тех пор и пошло. Кстати, в Америке как-то попросили поменять номер как раз из-за Кросби. Взял 71-й. Стал Малкиным, можно сказать. (Улыбается.) А потом подумал: зачем от своего отказываться? И вернул 87-й. Да и сразу, наверное, не стоило ничего менять.

– До нынешнего сезона вы не раз играли в Ледовом против СКА. Как вам теперь эта арена в качестве домашней?
– Круто! Ледовый вмещает много зрителей, но при этом он очень уютный. Что касается атмосферы на матчах, то поскольку ты в игре, то многого, понятно, не замечаешь. Но уже отметил для себя, как наш Конь-Огонь делает сальто после победы. Это кайф и очень прикольно. А еще хочется сказать большое спасибо болельщикам за поддержку на каждой игре. Вот это как раз замечаешь сразу.

– Вы поиграли во многих командах, в том числе за океаном. Какая особенность у СКА в целом?
– «Хоккейный город», где тренируемся, и Ледовый, в котором играем, – они буквально напротив друг друга. Это очень необычно и очень удобно. При этом на базе есть буквально все для тренировок, восстановления и так далее. Подметил навскидку еще такую особенность. Когда выходишь с базы, тебя ждут болельщики. Поддерживают, желают удачи, берут автографы. Очень по-семейному получается. И любовь к хоккею чувствуется.

ЖИВУ РЯДОМ СО СМОЛЬНЫМ

– В Петербурге уже освоились?
– Опять же, с одной стороны, это мегаполис, с другой – есть ощущение компактности и уюта. Поселился недалеко от Смольного, на набережной. Очень хорошее и красивое место. Посмотрим, как это все зимой будет выглядеть. (Улыбается.)

– Два «Золотых шлема», которые вручаются лучшим игрокам КХЛ по итогам каждого сезона, с собой в Петербург взяли?
– Дома в Подмосковье достраивается гараж, где будут висеть майки всех клубов, за которые играл. И вообще решили с семьей сделать там призовую комнату. Самих призов пока не очень много – детские кубки и вот эти два шлема. Но очень надеюсь, что там окажется Кубок Гагарина, завоеванный с армейцами.

– Как оцените старт сезона с учетом того, что уже забили два гола и отдали результативную передачу?
– Мало! Уже ведь четыре игры прошло. Но если серьезно, начало хорошее. Приятно, что забил. Правда, в проигранных матчах, из-за чего настроение было не слишком хорошим. Понятно, что бывают игры вообще без набранных очков. Но мне, как максималисту, хочется, чтобы они были в каждом матче. При этом главное, чтобы команда выигрывала – это приятнее всего. Она у нас, по сути, новая. И все еще впереди.

– Насколько верно, что один из ваших игровых принципов – в эпизоде на льду постараться сделать невозможное?
– В голове всегда есть что-то красивое – например, через ногу забить. Или как неожиданно для соперника можно сыграть в той или иной ситуации. Тем более что это часто приносит успех.

– А это взяли с собой в СКА?
– Конечно! Надеюсь, болельщики скоро увидят. (Улыбается.)

БУДЕМ СОБИРАТЬ ЛЕГО С ДОЧКОЙ

– Давайте чуть-чуть не о хоккее. Вашей дочке полтора года. Уже привыкли к роли папы?
– Сейчас уже приноровился. (Улыбается.) И очень скучаю по Есении, когда не дома. Тем более такой возраст, когда в ней что-то чуть ли не каждый день меняется. Очень интересно за этим наблюдать. И словами это не описать.

– Читал, что ваше хобби – это лего.
– Это правда. Собираю машины. Но с рождением дочери и времени на это не стало, и раскладывать на полу маленькие детальки – для нее небезопасно. Но может, когда подрастет, будем вместе собирать. Уже жду этого момента.