Роман Ротенберг о победе в Екатеринбурге

Главный тренер СКА Роман Ротенберг:

— Ребята — молодцы, сыграли друг за друга, выполнили установку. Есть над чем работать — надо убирать удаления. Много удаляемся. Готовимся к следующей игре. Хочу сказать, что нам было непросто играть в такой тяжелый день. Обе команды вышли и сыграли в хоккей. Показали всем, что нашу страну ничем не запугать. Россия — сильная держава. Работаем дальше, готовимся к следующей игре.

— Убрали Глотова от привычных партнеров, но он все равно забил. Как оцените его игру?

— Команда победила. Это командная работа. Каждый игрок внес свой вклад в победу.

— Хозяева нанесли 11 довольно опасных бросков с пятака, два из них реализовали. Поставите эту проблему на первое место перед следующим матчем?

— Есть что улучшить, но в первую очередь нужно убрать удаления. Убрали индивидуальные ошибки, сейчас убираем удаления. Будем играть еще лучше.

— Как удалось сохранить каменное спокойствие, когда «Автомобилист» подобрался на опасную близость по счету?

— Это хоккей, это праздник. Игра — это праздник для каждого хоккеиста и тренера. Самое любимое дело для каждого игрока. Любой игрок любит хоккей, каждый тренер любит хоккей. Любовь к хоккею поднимает настроение, мы все получаем удовольствие от матчей. Видим, что мы можем побеждать за счет правильных командных действий. Есть что улучшить, можем играть еще лучше. Спокойно готовимся к следующей игре.

— Насколько вы довольны игрой вашей команды сегодня?

— Счет на табло.

— В третьем периоде у вас было удаление аж на 4 минуты. Что сказали игрокам в этот момент? Как удалось не пропустить в меньшинстве?

— На сегодняшний день мы на первом месте в лиге по удалениям. Больше всех играем в меньшинстве, это недопустимо. Тратим много сил в меньшинстве — нужно убрать эти удаления. В то же время нас за сезон натренировали. Весь сезон очень много играем в меньшинстве, а лучшая тренировка — это игра. Мы умеем играть в меньшинстве, понимаем как это дело. Но лучшее меньшинство — это игра без удалений. Нужно убрать удаления, и мы станем играть еще лучше. Мы теряем ритм игры. Хотя ребята — молодцы, тут вопросов нет. Пластались, ловили шайбу на себя. Это заслуга всех хоккеистов, которые у нас выходили в меньшинстве. Сегодняшняя победа — в первую очередь. Соперник очень сильный, сильные иностранцы, праворукие ребята, которые играли на Олимпиаде. Мэйсек играл в финале, я его хорошо помню с того матча. Нельзя давать шансов за счет своей правильной игры и работы на команду. Есть что улучшить.

— Удалений много, но за четыре матча вы пропустили всего один гол, играя втроем. За счет чего закрываете праворуких иностранцев, в том числе и Мэйсека?

— Это работа тренерского штаба. Мы не сможем раскрыть всех секретов, потому что серия продолжается. Еще раз хочу повториться — мы много играем с шайбой, всегда контролируем игру. В это же время мы на первом месте в лиге по удалениям. У меня в первый раз в жизни такое, когда команда, играющая с шайбой, играющая в атаку, на первом месте по удалениям в плей-офф. Причем с явным преимуществом. Мы можем это улучшить. Обязаны подтянуть дисциплину. Убрали ошибки — сделали шаг вперед. Сейчас убираем удаления и делаем второй шаг вперед.

— В начале вы сказали, что ребята были настроены сыграть, несмотря на вчерашние события, что их нельзя запугать…

— Нашу страну нельзя запугать. Я сказал, что Россию не запугать.

— Как принималось решение, чтобы сыграть?

— Мы солдаты. Нам лига дает приказ — мы играем. Не принимаем участия в этих переговорах. Партия сказала «надо» — комсомол ответил «есть».

— По ощущениям, насколько правильно играть в такой момент?

— Я только что ответил на тот вопрос. Можете использовать этот же ответ.

— Вы говорили, что меньшинство — главная и чуть ли не единственная проблема вашей команды. В остальном игра идеальная?

— Она не бывает идеальной. Никогда в жизни не было идеальной игры. Ее просто не бывает. Всегда есть что улучшить. Нет предела совершенству. Есть что улучшить по всем компонентам. Но мы же не будем сейчас открыто обсуждать все детали нашей тактики. Тогда можем сесть часов на шесть. Есть регламент — не сможем столько общаться. Очень много деталей, которые мы еще можем улучшить. Это как в анекдоте про нюанс. Все хорошо, но есть один нюанс.