Пресс-конференция главного тренера СКА Игоря Ларионова в «Лахта Центре»

Главный тренер СКА Игорь Ларионов:

– Всем добрый день. Звучит очень необычно: «Игорь Ларионов – главный тренер СКА». Мои первые часы в Питере, утром прилетел. Горжусь предоставленной возможностью возглавить большой клуб с большими амбициями. Рад всех видеть сегодня здесь в зале. Готов ответить на любые вопросы без фильтра. Рад быть в городе, рад быть в таком потрясающем здании большой корпорации «Газпром», потрясающий вид, хорошая погода, что располагает к хорошему настроению и приятному общению.

– В СКА из игроков на контракте можно собрать практически полный состав. Расскажите, ознакомились ли с составом? Есть какое-то примерные понимание, кого нам ждать, а от кого, может быть, придется отказаться?
– Так быстро вопрос не решается. Да, я видел состав, скажу честно. Как и обещал, буду говорить с вами откровенно. Видел состав, видел игровое время, видел контракты игроков, уже провел ряд бесед с людьми, которые находятся внутри организации. Пока говорить о конкретных шагах преждевременно. Хочу посмотреть, хочу подумать несколько дней, получить больше информации, которая мне нужна – важны человеческие качества. Важен тот огонь, который есть в игроках готовых двигаться дальше, быть лучше, делать команду лучше. Поэтому пока говорить о конкретных шагах не могу. Они есть в голове, но нужно идти постепенно: оценить, взвесить и дальше уже двигаться вперед.

– Вы начинаете свой путь в качестве главного тренера СКА в самом высоком здании Петербурга, рядом Высотная улица. И хочется пожелать, чтобы на высоте провели этот сезон. Когда вы уходили из «Торпедо», вы понимали, что вы придете сюда, придете в новый клуб? И вообще, если можно, расскажите предысторию вашего назначения. Кто позвонил, кто пригласил, где вы находились?
– Начну с того, что когда я приходил в «Торпедо», мысль была одна – если говорить честно и объективно – сделать команду, которая привлечет внимание общественности своей неординарной игрой, даст возможность немножко всколыхнуть хоккей уровнем игры. И я считаю, что это удалось. Следующий шаг, конечно, НХЛ. Но по истечении трех лет, когда ты понимаешь и видишь эволюцию игры здесь и в Северной Америке, ты понимаешь: время тебе как тренеру вернуть то, что накоплено. Вернуть нашим мальчишкам, нашим ребятам с русскими фамилиями на спине. Конечно, не обойтись без легионеров. Это отдельная история. Вот такие были мысли.

Я еще раз повторю, что это большая возможность – быть в самом высоком здании Санкт-Петербурга, начать сезон на высокой ноте. Это будет непросто, но в моей карьере всегда было так. Никогда не было красной дорожки к успеху, никогда не было лифта, всегда были ступеньки, по которым ты должен подниматься наверх. Постепенно поднимемся: вместе с командой, вместе с игроками и персоналом.

Возвращаясь ко второй части вопроса. Гулял по Москве, раздался звонок – Виталий Анатольевич Маркелов позвонил, предложил подумать о возможности возглавить СКА. Я сказал, что мне это очень приятно, но принять сразу же это предложение было непросто. Я должен был прийти домой, пообщаться с супругой. Пока шел, мы многие вещи проговорили, договорились позднее продолжить диалог. И уже к вечеру я сказал: «Да, я готов». Благодарен, что ко мне обратились. Готов к вызову. Он непростой, но он очень интересный. По-другому никак.

– Наверное, традиционный и логичный вопрос, когда у команды появляется новый главный тренер. Расскажите, пожалуйста, в какой хоккей – я имею в виду стиль – будет играть команда?
– Это всегда один из главных вопросов по команде. Может быть, это банальный вопрос. Всегда хочется пообещать, наговорить очень красивых слов. Естественно, хоккей – это игра. Я повторю, хоккей – это игра, которая должна приносить удовольствие в первую очередь зрителям. Без самоотдачи, без посвящения каждого хоккеиста игре, без коллектива не будет хорошей команды. Философия игры очень простая: делать свою работу хорошо, стараться делать даже лучше каждый день. Тяжелый труд – быть чемпионом, быть лидером. Но в конце дня ты понимаешь, что люди, приходящие на трибуны – 12 тысяч зрителей, 20 тысяч зрителей, неважно, где ты играешь – должны видеть полную отдачу, кураж. Это должно быть зрелище.

Не забываем про все компоненты игры, которые необходимы команде: игра в обороне, игра вратаря, игра нападающих, рабочая этика, которая должна быть у каждого хоккеиста. Тот герб, который есть на груди – логотип СКА – это очень важно, потому что ты представляешь город, представляешь большую корпорацию, ты представляешь коллектив с очень славными традициями, команду, у которой будет большой юбилей через год. Поэтому будет тот хоккей, который должен приносить успех, но он ни в коем случае не должен быть скучным, ни в коем случае не должен быть пресным. Игра должна быть в радость, и в этой игре должны появляться новые звезды, новые имена – те, может быть, которые пока мы не слышали. Кто пока еще до конца не раскрылся. Это очень важно для нашей игры в целом, для нашего российского хоккея.

– В СМИ сообщалось, что Максим Сушинский может стать генеральным менеджером СКА. Что вы думаете о такой возможности и как в целом оцениваете Максима Юрьевича как кандидата на данную должность?
– Пока сказать конкретные вещи не могу, потому что сегодня мой первый день в клубе. Буквально день назад я получил всю информацию, которая есть о команде. Вчера я очень долго созванивался с людьми, которые работали в системе, работают в системе. Мне важно понять всю структуру клуба, кто за что отвечает, на кого можно рассчитывать и так далее. Поэтому пока на этот вопрос ответить не могу. Нужно несколько дней, чтобы понять какой коллектив формировать. Все люди, которые находятся за кулисами – людей на льду вы видите – те, кто находятся рядом с командой, должны соответствовать стандартам рабочей этики, тому уровню, который я буду требовать от игроков.

– Есть уже понимание у вас, кто может войти в тренерский штаб?
– Скажу такую вещь, пока я в раздумьях. Мне хочется понять, кто был в тренерском штабе СКА до меня. Хочу поговорить с людьми, которые были здесь, потому что менять все кардинально, наверное, было бы неправильно. Мне хочется понять, насколько эти люди готовы делать то, что я хочу, чтобы они делали. Поэтому пока по именам не скажу ничего конкретного. Мне нужно время, чтобы хотя бы пообщаться с каждым из людей и после этого принимать решение. За эти два или три дня я получил массу сообщений от людей хоккея, которые готовы помочь, которые готовы включиться, войти в тренерский штаб. Надо все просеять, оценить и дальше двигаться туда, где ты хочешь быть, то есть где будет команда нового созыва.

– В «Торпедо» вы открыли много молодых хоккеистов для КХЛ. Есть ли цель использовать больше молодежи здесь не в качестве лимитчиков, а в качестве игроков, которые могут давать результат уже здесь?
– Абсолютно. Я провел большую беседу с тренером команды Всероссийской хоккейной лиги Николаем Воеводиным, «СКА-Нева» – это ближайший резерв. Пока еще не успел переговорить с тренерами «СКА-1946», хотя знаю что команда играла в финале, проиграла «Спартаку». Для меня важно сделать структуру, где ты можешь молодых игроков держать рядом, чтобы они могли быстрее развиваться, чтобы они не теряли два-три-четыре года своего становления. Играть будут сильнейшее. Независимо от возраста, независимо от заслуг, независимо от контрактов. Поэтому для меня очень важно, чтобы мы увидели ребят, которые есть в системе СКА, на сборах в августе. Молодые игроки из Всероссийской лиги, игроки из МХЛ должны быть рядом, стучаться в дверь и бороться за место в составе. Вопрос открыт, и здесь не будет привилегий ни для кого. Все это будет сказано на первом собрании. Я хочу, чтобы новые имена, которые есть в этом городе, есть в этой команде, получили шанс. Чтобы они не сидели на лавочке, как лимитчики – они должны играть, как было в «Торпедо».

– В 2008 году, как мы знаем, вы уже работали в СКА. Можете сравнить город и клуб тогда и сейчас?
– Мы уходим в историю, в начало пути: 2008 год, зарождение КХЛ. Я приехал в клуб 15 июля, когда команда уже была собрана и сформирована. Было не так просто понять, кто эти люди, как они играют – для меня было полным открытием, потому что в то время я все-таки жил в Северной Америке. НХЛ для меня была на ладони в отличие от российского хоккея. Только образовалась новая лига, только стали подписывать контракты. Мне было немножко удивительно понимать, насколько уровень игроков, которые тогда были в команде, соответствует планам и целям, которые были поставлены на тот период времени.

Сегодня практически другое время: выросли новые игроки, появились сильные клубы, их довольно-таки много. Лига подравнялась, стала более конкурентной. Не будем говорить в целом о развитии КХЛ, но СКА – это клуб с большими амбициями, команда, которая всегда старается быть флагманом российского хоккея. Многие вещи поменялись, потому что по-другому быть не может. Но у вас есть, например, футбольный «Зенит», шесть раз подряд ставший чемпионом за последние семь лет. В этом году проиграли, но есть чему стремиться. Естественно высоким амбициям СКА должны соответствовать подбор игроков, которые будут готовы двигаться, преодолевают трудности, которые будут с командой всегда. Есть возможность для ребят пересмотреть свое отношение к профессии и становиться лучше – всем вместе это сделать гораздо проще, чем индивидуально. Пока вот такое сравнение. Оно, может быть, не совсем правильно озвучено, но все-таки большой промежуток времени между 2008 годом и 2025-м. Довольно-таки большой срок.

– Пять лет назад в интервью нашему изданию fontanka.ru вы говорили, что ваш тип личности требует постоянных вызовов. Считаете ли вы, что работа в СКА – это самый большой вызов сейчас в вашей тренерской карьере? И второй вопрос: Потребовало ли руководство от вас сразу бороться за Кубок Гагарина или вам дадут время построить команду?
– Любая работа – это вызов, любая профессия. Здесь ты идешь в коллектив, который стоит особняком в нашем хоккее, в КХЛ. Очень много успехов было у этой команды за последние 10-15 лет. Ты понимаешь, что какие-то вещи нужно менять. Естественно, это вызов, потому что ты начинаешь осознавать, насколько серьезный процесс – построение коллектива, построение команды. Это требует глубины понимания тех вопросов, которые актуальны для коллектива, игроков, персонала. Естественно, для меня это самый большой вызов в карьере, потому что ожидания очень высокие. Мы поговорили с Алексеем Борисовичем Миллером буквально полчаса назад об амбициях, о том, насколько важно, чтобы команда была конкурентоспособной не через два года, не через три года, а в этом году. Потому что, естественно, мы не можем брать время на раскачку, потому что коллектив есть, команда есть. Да, многие ребята ушли, многие ребята уехали. Пожелаем им успеха, но обычно на их места приходят другие люди. Для меня важно, чтобы те, кто есть в команде, те, кто будут в команде, понимали всю ответственность, которая на них ляжет. Мы им поможем. Совместными усилиями, естественно, будем строить самые грандиозные планы. Я не хочу ничего обещать, потому что это, наверное, будет неправильно. Но, с другой стороны, мы понимаем, насколько важно этой команде быть лидером в нашем хоккее и делать те вещи, которые порадуют наших болельщиков и любителей хоккея по всей стране. 

– Нужно ли СКА усиливать линию обороны и вратарскую позицию?
– Это на самом деле ключевые вопросы, потому что всегда при формировании состава роль вратаря, роль обороны ключевая. Хотя вы знаете, у каждой команды есть свой стиль, который имеет право на жизнь. Но имея надежного вратаря и правильных защитников, конечно, вы получаете возможность рассчитывать на успех. Мы посмотрим. Я вчера провел практически часовую беседу по каждому игроку, получил полные характеристики, хотя, в принципе, я многое знал. Мне важно посмотреть с другой стороны: какие еще мнения у людей, которые работают в команде, которые работали в команде. Поэтому мы будем думать. Чтобы рядом с молодыми ребятами в составе были опытные игроки, которые могут помочь в развитии, становлении. Вы понимаете, в случае с молодыми ребятами, которые имеют право на ошибку, очень важны правильные люди рядом, правильные ветераны, правильные опытные игроки, которые готовы быть примерами не только на льду, но и в жизни.

Это важный вопрос, который мы будем обсуждать в ближайшие дни. По вратарю то же самое. Хотя мальчишки, которые есть в составе, очень интересные. Мы не будем давать возможности для развития до 26 лет, они должны стучаться в состав сегодня в честной конкуренции, играть стабильно, играть правильно. Мы им поможем. Думаю, что мы в ближайшие неделю-две поговорим и будем постепенно вас информировать о тех людях, которые будут в команде.

– Вы готовы помогать СКА еще и как генменеджер? Под вас могут прийти игроки.
– Это не под меня, скорее всего, это под команду готовы идти игроки. Я вопрос ставлю по-другому. Понятно, что финансы играют большую роль, но насколько игрок, приходящий в команду, хочет больше дать, чем взять – вот эти вещи для меня важны. Вы понимаете, что всегда приятно получать хорошие деньги, но не всегда приятно получать критику. Надо осознавать, насколько люди готовы соответствовать рубежу цены и качества, чтобы понимать, истинную цель прихода хоккеистов в СКА. Естественно, мне любопытно поработать с талантливыми, интересными ребятами, которые хотят сделать шаг, два, может быть, три в своей карьере и получить тот заряд энергии и знаний, чтобы стать большими мастерами. Поэтому надеюсь, что мне удастся все-таки привлечь двух, трех, а может быть, четырех игроков. Сейчас пока рано говорить, но не будет привилегией ни для кого. Для меня очень важно, чтобы игроки приходили с целью себя реализовать и помочь команде стать лучше. Это самое главное.

– Игорь Николаевич, вы обещали откровенность, поэтому уточните, пожалуйста, для начала, когда состоялся разговор с Виталием Анатольевичем Маркеловым, в какой день недели?
– У нас сегодня что, пятница, да? Думаю, что во вторник, скорее всего. По-моему, вторник, да. Я могу, конечно, ошибаться, но где-то вторник вечером. Ближе к 6 часам вечера.

– Планируете ли вы побеседовать с вашим предшественником на посту главного тренера СКА, учитывая, что у него уже были какие-то наметки по формированию состава?
– Не думаю, что это будет корректно. У каждого тренера свое видение. Я уже побеседовал с людьми, которые были в составе команды. Очень глубокий анализ каждого игрока – во-первых. Во-вторых, мы против СКА играли все эти годы. Практически всех игроков я знаю. И знаю тех, кто уехал. Знаю хорошо, потому что эти ребята были у меня в «молодежке». На данный момент я не вижу смысла разговаривать с предыдущим тренерским штабом, потому что здесь немножко другие идеи, другие мысли. Наверное, этого разговора не будет.

– У вас была блестящая карьера игрока и очень насыщенная жизнь после ее завершения. Вы были хоккейным агентом, прекрасно комментировали на телевидении, красивый бизнес, не связанный с хоккеем. Почему в 60 лет вы решили заняться неблагодарной профессией тренера, которая сулит не только победы, но и поражения, разочарования?
– Я на этот вопрос отвечал, наверное, несколько раз. Вы сказали, что работал комментатором на телевидении, на Первом канале, на двух Олимпиадах, на чемпионатах мира. Естественно, профессия агента – надо посмотреть на бизнес с другой стороны. Вы сейчас видите фантастический результат «Флориды Пантерз», где работает бывший агент Билл Зито, сейчас он генменеджер, возглавляет клуб, который третий сезон подряд играет в финале Кубка Стэнли. Смотря игру со стороны, комментируя матчи, ты начинаешь осознавать, куда движется игра, наш хоккей, наша игровая мысль. Понимал большой потенциал тех знаний, которые накопил как игрок на свою карьеру, и хочется эти знания все-таки вернуть обратно. Это большая ответственность, огромная ноша – и критика, и похвала будут всегда.

С другой стороны, ты принимаешь этот вызов и идешь туда, где сложно. Потому что по-другому не бывает, потому что идешь чтобы побеждать. Пускай будут маленькие победы, маленькие победы с «Торпедо» или с молодыми игроками, с «молодежкой» и так далее. Все равно это победа. Но в конце дня ты хочешь большую победу, потому что ты, как любой человек с амбициями, имеешь цель, мечту. Ты хочешь сделать хороший продукт. Ты не делаешь это ради себя, ты делаешь это ради того, чтобы команда, коллектив, добились успеха, прошли этот путь и понимали, что такое сладость победы в трудной ситуации, когда мало кто верит, когда мало кто желает тебе успехов. Но вопреки всему ты добиваешься того, чего хочешь добиться. Это самый сложный, но самый интересный путь, когда как тренер делаешь вещи, не покупая, а развивая людей. И это, наверное, самая большая победа. Командная победа, естественно, придет, когда каждый игрок команды, каждая часть коллектива свои индивидуальные качества задействует на пользу команде. Это очень важно. Каждый игрок очень важен для командного успеха.

Поэтому вот такое мое путешествие после карьеры было для того, чтобы вернуться туда, где горячо, где сложно, где заканчиваются комфортные зоны, там, где тебя будут хлестать в прессе и так далее. Но это часть карьеры, часть жизни, я нисколько не жалею о своем выборе. Это на самом деле сложный, но интересный путь. Да порой он неблагодарный, но с другой стороны ты понимаешь, что это того стоит.

– Насколько вы уже благоустроились в нашем городе, довольны ли условиями и собираетесь ли перевозить Петербург семью?
– Вчера до половины первого был на телефоне: по игрокам, по команде, по коллективу. В 4:30 я проснулся, прилетел в Питер. Естественно, мне очень интересно посмотреть инфраструктуру сегодня в «Хоккейном городе», посмотреть арену, посмотреть, где куется победа, куется успех. Болельщики видят только то, что происходит на льду, на площадке. А что за кулисами, там, где происходит тот труд, который потом помогает на площадке – сегодня я посмотрю все. Мне будет интересно пообщаться с персоналом, посмотреть, кто отвечает за лед, кто отвечает за раздевалки. Эти маленькие детали, которые порой не видно, но они очень важны.

В то же время, естественно, надо будет найти жилье, потому что мы с супругой, естественно, будем жить в Питере. Но это, наверное, не самый главный вопрос сейчас. Самое главное посмотреть, понять и наметить планы на тренировочный лагерь, на подготовку команды. И, естественно, я осознаю, что город живет хоккеем, город любит хоккей – это безусловно. Понятно, что будет огромное внимание. Большая ответственность быть тренером такой команды как СКА. Для меня важно держать этот контакт с болельщиками, потому что это люди, которые приходят поддержать нас, ради этого мы играем. Ребята на льду отдают свои эмоции, чтобы эти эмоции получили болельщики, которые приходят на игру с семьями, с детьми. Важно почувствовать атмосферу той теплоты, той любви. 

– Не было официальной информации про срок вашего контракта. На сколько лет договор?
– Срок контракта «1+1». У нас откровенный разговор, опять-таки скажу честно, у меня не было желания заключать контракт на три года. Хочется дать руководителям клуба, организации возможность посмотреть на работу, чтобы двигаться дальше. Естественно, проще всегда брать контракт на три года, потому что ты получаешь какую-то подушку, но это не про меня. Принял решение, что контракт по схеме «1+1». Мы начнем сразу, начнем без раскачки делать работу, чтобы команда играла ярко, интересно, в то же время результативно.

– В СМИ писали, что одной из причин неудач «Торпедо» в последнем сезоне, было то, что вы сосредоточили в своих руках не только тренерские, но и менеджерские обязанности. Как вы намерены избегать ошибок прошлого сезона?
– Не хочется возвращаться во вчерашний день, потому что сегодня новый день, новые реалии, новые цели. Мы обсуждаем с руководством клуба наши дальнейшие шаги, поэтому сейчас говорить конкретно о чем-то, о каких-то планах на будущее очень сложно. Мне нужна хотя бы пара недель, чтобы понять, где мы находимся, где мы хотим быть, как мы хотим построить ту команду, которая будет боеспособной. Пока идет только ознакомление. Понятно, что город я знаю, но коллектив, игроки, которые есть сегодня в обойме – надо глубоко проанализировать все эти вещи. Дальше уже будем совместно премьеровать тот коллектив, который вы увидите в августе.

– Тоже хочу спросить немножко про прошлое. Был юбилей Виктора Васильевича Тихонова, 95 лет со дня рождения. Вы с ним работали, побеждали, спорили, конфликтовали. Сейчас, по прошествии лет, когда вы и сами уже тренер, больше его понимаете? Может быть, он вас сформировал как специалиста? Он говорил мне в интервью: «Будет игра, будет и результат», – вы согласны? 
– Когда ты проводишь внушительную часть карьеры в ЦСКА: с 81-го по 89 год под руководством тренера, который имел практически неограниченные возможности в плане комплектования команды – кто помнит то время… Прошло 44 года, довольно-таки большой промежуток времени. Естественно, многие вещи, которые были в то время, меняются. Меняется жизнь, меняется игра, меняются элементарно клюшки, технологии, меняются люди. Поэтому жить вчерашним днем, брать какие-то вещи… Да, рабочая этика, которая была у Виктора Васильевича, была колоссальной. Я порой задумываюсь – говорю так, это от души, не кого-то там унизить или кого-то поднять – завидую двум людям, которые были тренерами в моей игровой карьере. Это Тихонов и Скотти Боумен. Потому что когда ты стоишь на скамейке видишь те игровые шедевры, ту игру – это привилегия, потому что ты находишься в первом ряду на лавке и видишь такой хоккей. И как тренер сегодня я хочу испытать то же самое. Эти вещи ты берешь на самом деле не то что помаленьку у каждого тренера, но ты используешь те знания, хотя и не стоишь на месте. Жить прошлым – это нереально. При том успехе, при том триумфе, который был как у игрока, ты все равно учишься каждый день. Ты смотришь: сегодня есть очень много молодых тренеров, которые работают очень здорово и в хоккее, и в футболе, и в баскетболе. Это очень важно. Важно понимать другую часть этого тренерской работы – это психология, это понимание нового поколения, которое отличается от нашего.

И в то же время, как вы сказали, что в конце дня нужен результат. И результата каждый добивается по-разному. В свое время, когда я был игроком ЦСКА, мы выиграли чемпионат страны восемь лет подряд. В Северной Америке, в «Детройте», ты понимал, что та поставленная игра дарила счастье людям. Это было видно, когда на парады после победы в Кубке Стэнли на улицы выходил миллион человек. Ты понимаешь всю значимость той работы, которая была проделана. С уважением отношусь к каждому тренеру, с которым работал. Конечно, в моей карьере были выдающиеся люди, которые добились очень много. По ходу смены десятилетий, эпох ты приходишь к выводу, что какие-то методы работают, какие-то – нет, потому что сегодня нужен особый подход к ребятам. И это я несу в себе, потому что у меня трое детей. Ты понимаешь, чем они живут, как они живут, и эти вещи тоже применяешь в своей работе.

– Вы сейчас упомянули про детей. Когда пошли разговоры, что вы становитесь главным тренером СКА, все стали сразу говорить, что за вами пойдет и ваш сын Игорь Ларионов-младший. Скажите, будет ли он в СКА вместе с вами?
– Этот вопрос, наверное, многих беспокоит. Сын получил статус неограниченно свободного агента. Это игрок, который готов помочь команде, помочь в дефицитном амплуа – у нас нехватка умных центральных нападающих, поэтому вопрос остается открытым. Я знаю, что ему поступило несколько предложений от других клубов, потому что они были удивлены, что он вышел на рынок 1 июня без всякой компенсации. И очень важно понять, как мы будем двигаться дальше, потому что позиция центра очень важна. Это знают все. Для меня, как бывшего центрального, который делает хоккеистов вокруг себя лучше, цементирует игру в обороне и в атаке, это понятно. Эти качества сегодня котируются очень высоко, поэтому будем рассматривать и его на позицию в этой команде.

– Вы сказали, что ознакомились с профилями игроков СКА. Касается ли это неограниченно свободных агентов? Заинтересованы ли в том, чтобы продолжить с ними сотрудничество?
– Меня порой удивляют многие вещи, которые происходят у нас в лиге: например, когда люди, играющие в команде, уже имеют новый контракт на следующий год. То есть вы понимаете, что первого июня официально открывается рынок свободных агентов, но многие уже подписаны заранее. Честно говоря, для меня это немножко непонятно. Поэтому те, кто находится еще без контрактов, наверняка уже имеют какие-то договоры. А если нет, то, конечно, я буду разговаривать с каждым игроком, потому что мы всех обсудили вчера. Есть хорошие характеристики, есть не очень хорошие характеристики. Но в целом я, не отталкиваясь от какого-то мнения, должен формировать свое. Услышать со стороны мнения хоккейных людей, которые вовлечены в игру, которые знают плюсы и минусы, сильные и слабые стороны игрока. Но финальное решение будет за мной как тренером. Я должен посмотреть и послушать того или иного игрока, как он готов, какой внутренний мир у него, чтобы помочь себе или помочь команде.

Очень важно будет понять все в ближайшие несколько дней. Проведу необходимые беседы, и мне будет интересно увидеть глаза, увидеть тот огонь внутри, особенно у тех, кто постарше – готовы ли они помочь команде стать лучше. На данный момент у всех ребят, кто в обойме, есть возможность остаться в команде. Дальше, я думаю, что мы примем решение. Опять-таки, есть время до 1 августа, до начала сборов, чтобы определить состав, который будет готов сражаться в этом сезоне. Мы хотим провести необычный сбор, привлечь молодежь, немножко разбить их с опытными игроками, посмотреть, что мы имеем на сегодняшний день. Наверняка кто-то удивит, тренеров, кто-то, может быть, разочарует. Но легкой жизни ни у кого не будет. Я еще раз повторяю, что за предыдущие заслуги, за вчерашний день не будет привилегий. Поэтому ребята, кто смотрит пресс-конференцию, кто ее прочитает, должны понимать, что будет интересно, будет сложно, но, с другой стороны, это будет правильно и честно. Каждый получит шанс. Те, кто пойдет другой дорогой – только пожелаем успехов.

Объясню почему. В «Торпедо» была возможность посмотреть новичков в апреле. Я делал мини-кэмп, небольшой лагерь на пять дней, чтобы посмотреть тех ребят, которые приезжали в Нижний. Их игровое мышление, состояние души, их технические возможности. Пообщаться с ними. Здесь у меня такого не было, вы понимаете, что назначение случилось буквально на днях. Поэтому мне хочется где-то пораньше этих ребят посмотреть, иметь возможность пару недель подержать их в руках, увидеть в тренировочном процессе с опытными игроками – как это было, допустим, во время моей карьеры в НХЛ. Чтобы увидеть потенциал, который, может быть еще закрыт у этих мальчишек. Чтобы увидеть, что мы можем от них ожидать.

Потому что всегда бывают такие вещи, когда при правильном подходе, при правильной вере в человека, ты получаешь неожиданные результаты. Многие мечтают играть в КХЛ. Все ждут, что в лиге закрепятся одни и те же игроки, что у них будет комфортная жизнь и так далее. Нет, каждый игрок, который будет на этом нашем сборе, получит шанс. С этим связано желание начать лагерь пораньше. Использовать то время, которое необходимо, чтобы где-то за неделю-десять дней посмотреть, кто нужен на сегодняшний момент, а кто должен поиграть во Всероссийской лиге.

– Не могу не спросить про футбол. Мы знаем, что вы прекрасно разбираетесь еще и в футболе. Будет ли у вас время пристально следить за «Зенитом»? И знакомы ли вы с Сергеем Богдановичем Семаком? Может быть, вам пообщаться с ним, узнать какие-то детали чемпионского коллектива?
– Дружу с Сергеем Богдановичем и с Толей Тимощуком. Эти ребята делают феноменальную работу в «Зените». Люблю футбол, вы об этом знаете. С удовольствием, когда будет возможность, приду посмотреть на «Зенит». Хочу видеть хороший, быстрый футбол.

– Игорь Николаевич, по поводу предсезонки заговорили. Все-таки вы являетесь адептом какой системы? Вы проходили сборы на выживание у Тихонова, когда стоял человек над головой и все контролировал. И были в НХЛ, где все взрослые мальчики, все должны приходить готовыми. Насколько вообще в российских реалиях эта демократия, когда все должны приехать готовыми, работает?
– Непростой вопрос, скажу честно. Ребята, которые приходят в лагерь первого августа, должны быть в полном порядке, потому что нет времени на раскачку. И говорить, что кто-то должен кого-то готовить… У них есть 3-4 месяца, чтобы подготовиться. Они сегодня не бедные люди. Это не наше время, когда мы практически 11 месяцев в году играли в хоккей, тренировались и так далее. Сегодня другие правила, другие реалии. Многие игроки уже имеют личных тренеров, с кем они готовятся. Здесь очень важно убить мнение, что у нас есть время, мы еще заиграем в октябре или в ноябре. Такого не бывает. Нужно прийти в полном порядке. Поэтому требования будут высокие. Будет жесткое тестирование, включая процент жира игрока, то есть состояние тела.

Очень важно, чтобы они понимали: это их самая лучшая инвестиция в свой организм. Многие стали это понимать, что радует. Кто не понимает, мы им подскажем. Но гонять или заставлять никто никого не будет, все станет видно на первых тестах. Очень важно понимать, что игрок делал летом, как он готовил свой фундамент к долгому сезону. У нас будут очень сильные специалисты в по ОФП, это я скажу вам сразу. Они знают свое место, свою работу, и здесь поблажек не будет точно. Индивидуальный подход к каждому игроку. Не будет той работы, которая была в ЦСКА, когда Ларионов весом 74 килограмма поднимал штангу или приседал со штангой 100 килограмм, как и Алексей Касатонов, в котором 95 килограмм. Очень важно верить в игрока не как в кусок мяса, а как в человека. Дать возможность ему играть на своих сильных сторонах и делать вещи, которые нужны для прогресса.

– За время пресс-конференции поступил вопрос от аграриев Ленинградской области. Они спрашивают, насколько будет активно внедряться зеленая диета в СКА. И что будет с теми хоккеистами, кто будет пойман с куском мяса?
– Хорошее мясо не проблема. Проблема с сахаром, проблема с едой, которая пришла в наше пространство из-за океана – фастфуд, что не совсем правильно для игроков. Поэтому, если есть хорошие фермы, которые находятся недалеко от Питера: органические продукты, мясо, рыба, курица, зелень – это часть того топлива, которое необходимо игрокам. Мелочей не бывает. Если хочешь быть здоровым, если хочешь избегать травм – это тоже часть подготовки, часть той инвестиции, которой ты кладешь свое тело.

Поэтому мы, естественно, будем продвигать эту мысль. Это культура долголетия каждого спортсмена, тем более для молодых мальчишек, которые приходят в команду из семей, где очень много сахара, очень много варенья, очень много булочек и так далее. Чтобы они могли знания передать своим родителям. Но главный итог – это здоровое питание, которое дает здоровую атмосферу, дает правильную энергетику, дает правильные силы, чтобы команда не подвергалась большому количеству травм.

– Вы пришли из «Торпедо», где проблемы с потолком зарплат по понятным причинам никогда не было. И вот сейчас вы будете работать в команде с гораздо более ощутимыми финансовыми условиями. Ваш предшественник в СКА часто ругался на этот механизм. Насколько для вас это теперь будет проблемой? И насколько потолок двигает российский хоккей вперед?
– В самом начале моего разговора с руководством команды я сказал, что вопрос денег, финансов абсолютно меня не интересует. Для меня важно качество игроков. И когда ты видишь состав команды, видишь их вклад в команду, их статистику и видишь дальше строку зарплаты – меня, конечно, это немножко беспокоит. Поэтому скажу так: может быть, слишком смело, но большинство игроков переоценены. Хотя это может звучать дико. Должна быть прямая линия между твоим трудом, твоими усилиями и тем уровнем, на котором ты хочешь быть. Давать кому-то что-то я не буду, потому что не я за это отвечаю. Но меня, по большому счету, цифры бюджета никак не волнуют. Будет меньше – ничего страшного, будет больше – тоже ничего страшного. Не мои деньги, не я их трачу, но если у меня есть возможность их здесь сэкономить и побольше потратить на что-то другое, на то же питание, на те же перелеты, чтобы игроки могли отдыхать, на те же гостиницы. Когда команда прилетает в пять часов утра, у них через день игра – это влияет на состояние игровую форму, кондиции и так далее. Это гораздо важнее, чем иметь огромнейший зарплатный бюджет. Да, это может быть хорошо. Но с другой стороны, я не вижу проблем, если будет меньше. Абсолютно.

– Один из уехавших из СКА в НХЛ хоккеистов – Иван Демидов. Что вы думаете про этого игрока, и что будет лучше для его развития? Может, ему не помешал бы еще год в КХЛ?
– Я бы хотел провести небольшой разговор с «Монреалем», там руководитель еще один бывший агент – Кент Хьюз. У него работает человек, с кем я раньше был в «Детройте», Мартин Лапойнт. Мне интересно было бы поговорить с ними. Хотя Демидов выбран в первом раунде Драфта, ушел высоко – естественно, для «Монреаля» это лакомый кусочек. Они понимают, что имеют бриллиант, который будет радовать их долгие годы. Но иногда полезно сделать шаг в сторону, чтобы потом сделать три шага вперед. Поэтому мне было бы интересно этого мальчишку вернуть обратно на год в аренду, чтобы дать возможность ему здесь поиграть в хоккей, побыть в СКА – было бы феноменально. Вы опередили меня, залезли в мои мысли этим вопросом. У меня есть идея поговорить, чтобы вернуть его на год. Насколько это будет реально, я не знаю. Но всегда можно спросить.

– Все-таки ваша философия сводится к тому, чтобы формировать состав под свое видение игры или отталкиваться от состава? Или какой-то микс?
– Всегда ты отталкиваешься от того состава, от тех людей, которые есть. Но, естественно, ты хочешь многие вещи сделать так, как позволяет твое видение игры. Допустим, защитник Данила Галенюк. Он уже давно находится в команде. Был у меня в «молодежке». Честно скажу, я не хотел говорить о нем, но раз уж пошла такая беседа… Когда я увидел Галенюка, когда пришел в «молодежку» первый год помогать Валерию Брагину, мне было важно понять, что это за люди – никого из мальчишек не знал. Но когда ты ставишь правильных людей вокруг, объясняешь какие-то вещи. Никто не ожидал, что они будут ярко играть: Марченко – Морозов – Подколзин, Пыленков – Галенюк. И ты видишь, насколько этот парень стал играть ярко. Буквально за какое-то короткое время. Здесь очень важно понимать тех людей, которые находятся сегодня в СКА, насколько они готовы расширить свои игровые горизонты, раскрыться. Надо дать возможность этим ребятам играть в тот хоккей, который хочется ставить. Будет интересное, скажем так, путешествие именно в этот мир. С другой стороны, понимаю, что любое решение, любой эксперимент требует терпения, доверия, умения разговаривать, показывать, повторять, ошибаться и так далее.

Есть интересная молодежь, но если ты соединяешь молодежь с хорошими опытными игроками, то ты получаешь хороший продукт. И это гармония, которая должна быть в команде, она должна присутствовать с первого дня. Это главная задача, чтобы ребята, приходя на работу, чувствовали, что это наслаждение, а не каторга. Важно, чтобы была эта атмосфера: атмосфера роста, атмосфера гармонии от игры. Мы хотим добиться того, чтобы эта команда была стабильной, правильной и играла тот хоккей, который мы будем ставить. Конечно, многое зависит от игроков. Разумеется, я хотел бы прийти – если говорить уже о футболе – в «Реал», как Карло Анчелотти, или в «Манчестер Сити», как Хосеп Гвардиола, когда у тебя играет практически сборная мира, два равных состава. Здесь нет такой привилегии, но это не выпад в сторону футбола, не в выпад сторону тех людей – они выдающиеся тренеры. Но сделать хороший продукт из того что у тебя есть, наверное, дорогого стоит.

– До вашего назначения было много разговоров о том, что СКА усилится Радуловым. Будете ли вы смотреть, как горят его глаза, или уже можно сказать, что Александра в СКА не будет?
– Вы знаете, он горящий парень всегда. Это пример всем, кто приезжает из Северной Америки, потому что у многих глаза затухают, наверное, за первые три месяца. А он один из тех, кому не так важно, сколько лет, где играет – всегда с душой, с огнем, с сердцем. Говорить, что будет здесь или будет там, пока рановато. Он – чемпион, они сейчас гуляют по полной программе, заслуженно гуляют. Чемпионы всегда должны проводить лето бурно. С другой стороны, наверняка у него есть свои предпочтения. И пока мы эту тему не будем трогать.

– Игорь Николаевич, учитывая ваш игровой опыт и статус, не ждете ли вы 1 июля, когда откроется рынок свободных агентов НХЛ? Может быть, постараться пригласить кого-то оттуда?
– Вы понимаете, это звучит красиво, да. С другой стороны не всегда игрок с иностранной фамилией соответствует тому уровню, который хочется видеть. Понимаете, потому что в НХЛ, при всем уважении, теперь 32 команды, очень-очень много команд, уровень стал немножко размываться. Поэтому сегодня человек, играющий в третьем-четвертом звене НХЛ, получает довольно-таки большие деньги. Это два-три миллиона долларов, четыре миллиона. Так что говорить, что мы хотим привести игрока такого уровня, зная, что у нас есть свои ребята, русские ребята, которые могут выбросить шайбу из зоны через стекло за 10 миллионов рублей, никак не за 100. Вы понимаете, да? Смысл в этом.

Возможно, иностранцы будут актерами второго плана, которые могут помогать, которые закрыть оборону, тащить меньшинство, где-то применить какую-то, скажем, необходимую силу для того, чтобы помочь тому же Демидову, чтобы его не обижали. Эти вещи я так вижу. А ссылаться на легионеров, что мы соберем пятерку иностранцев, они будут сейчас феерить, а наши мальчишки будут сидеть на лавке – ради чего мы это делаем? Понятно, что это амбиции, это клуб. Хочешь быть чемпионом – да, но чемпионом можно быть и по-другому. Есть игроки, которые не выходят на этот рынок свободных агентов НХЛ 1 июля, которые, может, играют, но их не заметили. Бывает такое, что не замечают. Масса примеров ребят, которые не драфтованы и в хоккее, и в футболе. Тот же Панарин, например. Хороший мальчишка, неординарный игрок. Ему уже 34 года. Он проводит уже, по-моему, восьмой сезон в НХЛ и играет здорово. Поэтому здесь, скорее всего, мы не будем смотреть, отталкиваться, кого-то зазывать. Да, красивый город, красивый стадион. Но это не главное. Главное – те амбиции, то желание, знание предмета – кого ты приглашаешь. Чтобы это не просто была поездка посмотреть Россию, получить какие-то деньги и первым рейсом лететь обратно в Северную Америку или Европу.

Очень важно будет разобраться в людях, которые хотят прийти. И это должно быть не по статистике, а по глубокому анализу: насколько он готов как игрок, как человек, что он даст команде. Команда будет с ним сильнее или команда будет с ним слабее. Надо разбираться именно в деталях, которые очень важны перед подписанием.

– Уточняющий вопрос. Исходя из вашего ответа, правильно ли сказать, что будет сделан акцент не на легионеров, а именно на местных ребят, были бы они в структуре клуба или пришли из других команд?
– Я понимаю, вы хотите уже сегодня знать состав команды. Но здесь надо посмотреть внимательно, потому что каждая позиция требует глубокого анализа. Когда ты смотришь на того или иного игрока, допустим, на его вклад в коллектив, в свою карьеру, на стабильность его игры. Смотришь, что он может дать. Может ли дать он еще больше, чем он давал? Или он уже остановился в своем росте, дал уже максимум, дальше не двигается. Поэтому здесь и сейчас я не скажу, на кого будем полагаться. Но в любом случае два-три дополнительных игрока, а может быть четыре игрока, могут быть полезны. Скажу вам честно, это не будет покупка-блокбастер, которая поразит весь мир. Да, если можно было взять Макдэвида, Драйзайтля или Маккинона – было бы здорово. Но вы понимаете, что это нереально. А брать за большие деньги иностранных игроков чуть лучше, чем наши хоккеисты с русскими фамилиями – какой смысл в этом?

– Вскользь эту тему немножко затронули. Помимо Ивана Демидова за океан в последние пару месяцев перебрались еще три игрока СКА. В ближайшие пару лет у нескольких задрафтованных клубами НХЛ игроков СКА заканчиваются контракты. Насколько нужно влиять на их умы? Будете ли вы помогать им реализовывать мечту? Или же есть смысл удержать их здесь?
– Я не сторонник никого удерживать. Все мы понимаем, что есть за океаном лига, которая считается сильнейшей в мире. И вы все понимаете, почему. Надеюсь, скоро откроются все границы, наши команды, национальные сборные будут участвовать в чемпионатах мира, Олимпиадах и других соревнованиях. Поэтому очень важно, чтобы наши ребята могли быть в НХЛ. Во-первых, это амбассадоры нашей страны, амбассадоры нашего хоккея. Молодые ребята заняли позиции уходящих игроков: это Малкин, это Овечкин, это Панарин, это Кучеров. Им еще, конечно, играть и играть, но уже надо понимать, кто следующий. Я сторонник того, чтобы ребята правильно развивались, чтобы они могли достигнуть своего потолка здесь, чтобы двигаться дальше. Поэтому кого-то уговаривать, кого-то держать, советовать, чтобы не спешили...

Мы говорили по Демидову. Он парень крепкий, немножко другого плана игрок, насколько я знаю, он по своей структуре плотный. Может быть, это будет и хороший опыт. Но не всегда ожидания сбываются. Процесс вхождения в коллектив очень сложный. Первый успех не гарантирует успех и завтра. Поэтому очень важно не убить парня ожиданиями, тем стрессом, который будет в Монреале. Потому что Монреале день начинается с хоккея и заканчивается хоккеем. Это Канада. Важен мудрый подход руководства «Монреаля», может быть, после тренировочного лагеря сказать: «Давай еще год поиграешь в СКА, и после этого вернешься на плей-офф». Это было бы шикарно. Мы не можем накрывать мечты тех ребят, которые хотят играть там. Но нет короткого пути. Ты должен пройти этап становления и быть готовым ментально. Поэтому любой игрок в системе СКА, который мечтает быть в НХЛ, должен понимать, что от него требуется. Нужно вести диалог с этими игроками. У меня был очень долгий разговор с Ярославом Аскаровым, когда он был в СКА, был в «молодежке». Парень сейчас набирает нужные обороты, надеюсь, что в этом году станет первым вратарем в «Сан-Хосе». У него колоссальные шансы на роль нового Василевского, Бобровского или Сорокина.

– В Нижнем Новгороде меня удивили информацией, что вы даже плейлисты музыкальные на себе замыкали. Были рекомендации, какую музыку ставить. Какая музыка будет звучать в раздевалке СКА? Любэ или будет старый-добрый рок 80-х?
– Обычно это предпочтение игроков, потому что это их территория. Я не сторонник заходить на территорию команды, скажем так, аквариум, где они живут, где они общаются. Порой я поражаюсь их вкусовым предпочтениям, потому что музыка звучит громко. Но сегодня практически у каждого игрока наушники, каждый слушает свою музыку. Мне это немножко непонятно, я из другого поколения. Допустим, в Северном Америке есть музыка, которая играет в раздевалке – для всех. Мы практически запретили телефоны, но потом ребята попросили. Сказали, что у каждого есть музыка, свои треки и так далее – так готовятся к игре. Поэтому я не хочу влиять на музыку. Это должны делать игроки команды. Они должны решать, какая музыка у них: Любэ, Парк Горького, или AC/DC, это уже их решение. Могу только поприветствовать, если будет хороший плейлист. Но это их прерогатива, какую музыку играть.

– Вы затронули тему нехватки центральных форвардов в лиге и в России. В СКА выступал Евгений Кузнецов, который считается или считался игроком высочайшего класса. Почему, на ваш взгляд, у него не получилось в СКА? И есть ли вероятность, что он снова окажется в Санкт-Петербурге?
– Мне очень трудно комментировать такие вещи. Всегда был сторонником тех людей, которые играют в центре, которые играют на команду, которые делают неординарные вещи во время матчей, контролируют игру. Что случилось, честно говоря, я не знаю. Откуда пошел этот спад. Он пошел не в этом году, он пошел гораздо раньше. Но многие вещи я не могу комментировать, потому что меня здесь не было. Не знаю, что произошло, почему не пошло. Но спад начался гораздо раньше. Если говорить уже глубже, то я это видел, наверное, лет шесть назад. Жалко, это талантливый парень, который мог бы дать очень многое, быть примером для молодых игроков. Но мне нечего сказать по этой ситуации.