Лео Комаров: «Мечта об Олимпиаде есть, но сейчас цели только в СКА»

- Обидно проиграли. «Локомотив» здорово играл. Первый период у нас не очень получился, второй – более или менее. В третьем стали давить, не хватило.

- У вас сегодня силовых приемов столько же, сколько у всего «Локомотива».

- Это моя игра. Нужно войти в ритм, я буквально в воскресенье прилетел, еще есть джетлаг.

- Раззадорили себя?

- Это еще так себе. Постараемся еще лучше.

- Довольны дебютом?

- Конечно, нет. Я играю на победу. В таком возрасте всегда хочется побеждать. Первый матч тоже хотелось выиграть, показать себя. Так бывает, это жизнь.

- Перед следующей игрой будет еще больше настроя?

- Про завтра я не думаю. Отдохнем и увидим, что будет дальше.

- Очень удивились, увидев вас в центре. Играли на этой позиции когда-нибудь?

- Играл. И в прошлом сезоне, и в плей-офф. Сегодня тоже поставили – посмотрим, что будет в следующих играх.

- У вас в СКА не та роль, что была в НХЛ. Тяжело перестраиваться?

- Это была только первая игра. Плюс в команде много травмированных. Как скажут, так и будем играть. Конечно, приятно выходить на лед, но главное – побеждать.

- Когда в последний раз тренировали вбрасывания?

- Я хоккеист, каждый день тренирую. Сегодня получилось нормально, завтра может быть иначе. И завтра буду тренировать. В КХЛ, кажется, центральных не меняют так часто, как в НХЛ – я даже сначала не понял правила, когда арбитр руку поднял. В НХЛ нужно всегда быть готовым к вбрасываниям, неважно, левый ты или правый. Сейчас уже разобрался, арбитры помогли – к следующей игре буду готов.

- Перед матчем вы подъезжали к лайнсмену.

- Как раз и просил его немного помочь со вбрасываниями. Ребята предупредили, что правила немного отличаются. Все нормально, мы все люди, хоккей – это хоккей, стараемся друг другу помогать.

- Тяжело сдержаться, когда бьют по лицу? Был эпизод с таким удалением соперника.

- Это игра. Забываем все, что произошло на льду, и готовимся к следующей игре.

- Сильно ли изменилась КХЛ, на ваш взгляд?

- Изменилось многое. Когда подписал контракт, был рад вернуться в Россию. Вспоминал те времена, когда играл здесь. Но сейчас приехал – и все по-другому, намного лучше. Очень доволен.

- По ощущениям, во время игры в «Динамо» у вас посадка повыше была. Вас в НХЛ переделали?

- Думаю, вы ошибаетесь. Не делайте пока выводов, я же только прилетел. Дальше все будет нормально.

- Почему именно СКА?

- Хороший вопрос. Самое главное – у меня появилась семья, два ребенка. Из-за коронавируса мы давно не виделись, они были в Финляндии. Посчитал, что теперь на выходных могу ездить к ним. Плюс, конечно, знал, что в СКА хорошие условия. Отношения с «Динамо» никогда не пропадут, но я хочу играть и быть поближе к семье. Надеюсь, родные сюда прилетят, устроятся в Петербурге.

- Еще и Нарва недалеко.

- По карте видел, да. Но в Нарве давно не был. Возможно, получится съездить, но сейчас ситуация такая неприятная. Спорт есть спорт, но хочется, чтобы все были здоровы.

- Тяжело было расстаться с НХЛ?

- Конечно, непросто. Но играть хочется. Так получилось, хотя расставаться грустно. Но я спортсмен, должен быстро перестроиться и играть. А когда стану стареньким, уже буду сидеть и думать, тяжело было или нет.

- Что вам перед отъездом говорили Сорокин и Варламов?

- Все было быстренько. Я в последнее время был не в команде, тренировался один. Пожелали удачи мне, я – им. Продолжаем дальше.

- Барри Тротц вас назвал дядей Лео.

- У меня сохранились хорошие отношения со всеми, с кем играл. Стараюсь быть хорошим человеком. Не могу сказать, правильное в итоге принял решение или нет, но мне просто нужно было играть. Впереди Олимпиада, нужно стараться показать себя и, может быть, попасть туда.

- Вам объясняли, почему перестали ставить в основу «Айлендерс»?

- Из-за потолка. Хотя может и просто не подошел. Бизнес есть бизнес, я не обижаюсь. Сейчас играю в хорошей организации, все нормально.

- Цель – в том числе попасть на Олимпиаду?

- Цель – выиграть следующий матч. Нужно восстановиться, чуть-чуть отдохнуть, прийти в норму – и посмотрим. Сейчас цели только в СКА. Мечта об Олимпиаде есть, но об этом пока не будем.

- Почему взяли 74-й номер?

- Взял тот, что мне дали. У Тимкина про 47-й не спрашивал, я к номерам спокойно отношусь.